Жили казахи в небольших поселках или аулах, и каждым аулом правил особый старшина. Изб они не строили, а коротали дни в юртах. Для кочевого пастуха, не прикрепленного к земле, лучшего жилища и не было. Юрта была не тяжела, легко складывалась и разбиралась, а потому была вполне удобна для переноски с места на место. Внутри нее было тепло, довольно просторно и уютно. Чтобы поставить кибитку, достаточно было поработать час-другой, а разобрать ее можно было еще скорее.
Кибитку, сложенную из деревянных решеток, обтягивали плотным войлоком. Богатые казахи увешивали ее внутри пестрыми коврами и занавесками из шелка, а снаружи обшивали узорами из кусков разноцветного сукна. Бедняк довольствовался более дешевым убранством и выстилал свою кибитку простым войлоком да циновками, сплетенными из камыша или из стеблей особенной травы, которую он называл «чи».
Казах был скотоводом, держал целые табуны лошадей и стада мелкого и крупного рогатого скота. Землю же он обрабатывал неохотно, засевая лишь небольшие клочки. Лошади и бараны были главным богатством казахов. У зажиточного казаха было иной раз несколько тысяч лошадей. Казах со средним достатком считал их сотнями голов, и даже бедняки имели их в достаточном количестве. Лошади паслись в степях на свободе и держались небольшими табунами в несколько десятков голов.
Аул казахов
Каждый табун имел коноводом мужественного жеребца, который охранял кобыл и жеребят от хищников и хороводил всеми делами табуна. Кроме лошадей и коров, казах разводил стада овец и коз. Овцы его были довольно крупными, хорошо сложены и наделены жирными курдюками. Козы были красивы на вид, с густой шерстью и небольшими, закрученными назад, рогами.
Сборы в путь.
Степь сделала казаха скотоводом. Простор лугов, сочная трава, умеренный климат — все это были отличными условиями для жизни различных домашних животных.
Но степь была переменчива. Зимой казахам приходилось выбирать для жилья такие места, которые хоть немного были защищены от холодных ветров, где не было недостатка в воде, а поблизости лежали пастбища. Весной кочевники снимались с места зимней стоянки и пускались странствовать по степи со всем своим хозяйством и домашним скарбом. Это происходило в конце апреля или в середине мая. Первыми отправлялись в дорогу мужчины вместе со стадами в сопровождении своих верных сторожей — длинношерстых казахских собак. В ауле оставались одни лишь женщины с малыми ребятами. Когда уходил последний из табунов, тогда женщины разбирали кибитки, навьючивали верблюдов, садились с детворой на оставшихся выездных лошадей и отправлялись вслед за ушедшими вперед. Через день-другой, достигнув пастбищных мест, кочевники устраивали временный привал. Разбирались кибитки, и начиналась повседневная трудовая жизнь. Но привал не был долгим. Вскоре корма на пастбище уже не хватало, и весь табун снова снимался с места, и искал других свежих пастбищ.
По мере того, как степь выгорала, казахи поднимались все выше и выше в горы, где было гораздо прохладнее, а корм был довольно сочный. Когда же начинались холода, кочевники опять спускались обратно с гор и располагались на зиму в долинах, где было теплее, чем в горах, и ветры буйствовали не слишком сильно.
Перекочевка казахов.
Работы у казахов, в особенности у женщин, было достаточно. Уход за рогатым скотом и лошадьми всецело лежали на мужчинах. Домашним же хозяйством заведовали женщины. Они доили овец, коров и кобылиц, стряпали кушанья, готовили творог, масло и кумыс. Кумыс — излюбленный напиток казахов. Он делался из лошадиного молока и хранился в больших кожаных бурдюках.
Казах в еде был неприхотлив. Хлеба он почти не употреблял, кушал больше молочных продуктов и лакомился мясом, причем больше всего ценил конину и баранину.
Овцы, козы и верблюды давали казаху отличную шерсть. Из овечьей шерсти он изготовлял войлок и грубое сукно, а верблюжья шерсть шла на пряжу. Из овечьих и козьих шкур шили на зиму теплые шубы, а из кожи тех же животных выделывался различный кожевенный товар или же бурдюки, в которых хранились различные съестные припасы. Словом, домашние животные казахов доставляли им все средства к жизни. Пуская в продажу лошадей, овец, коз и получаемые от них продукты, казах покупал на вырученные деньги все, что ему нужно.
В свободные от работы дни, в дни праздников или какого-нибудь семейного торжества, казах был не прочь и позабавиться. Больше всего он любил скачку на лошадях и охоту. Скакать наперегонки, мчаться вихрем по степи, хотя бы и на неоседланной лошади, выделывать на всем скаку различные выкрутасы, щеголять перед товарищами своим молодечеством — все это казаху нравилось так же, как и охота с борзыми собаками и прирученным орлом. Охота велась примерно так. В назначенный день собирались любители травли, садились на лошадей и, захватив с собой целую свору борзых собак и несколько обученных орлов, выезжали в открытое поле. Лишь только собакам удавалось выгнать зайца или лисицу, охотник бросал в воздух орла. Хищник налетал с яростью на жертву, впивался в нее когтями и держал до тех пор, пока не приходил хозяин и не добивал добычу. Хороший опытный орел мог справиться не только с лисой, но даже и с волком. Такие смельчаки были в особенном почете у казахских охотников.
Иногда в досужее время казах не прочь был позабавиться иначе: он любил поплясать, попеть, или же послушать рассказ про старину, про подвиги и былую славу своих предков…